ЖИЛОЙ ДОМ, МИКРОРАЙОН, ГОРОД...

С возрастом люди все чаще и чаще в своих воспоминаниях возвращаются к детству и юности, и в памяти  нашего поколения встают картины трудного военного и послевоенного времени, но почему-то все они  расцвечены  яркими и светлыми красками: утопающий в зелени палисадника родительский дом, родной двор, где не раз и не два решались жизненно важные для этой поры вопросы, друзья детских игр...

Но вот сейчас в нашем городе живут поколения людей (даже не одно, а уже второе и третье), которые только по рассказам дедушек и бабушек или в песне могут услышать о таком доме, о таком дворе. Они родились и выросли в большом и шумном городе, где родным нельзя назвать ни один дом, где не редкость целые районы из домов, похожих друг на друга, где семья зачастую переезжает с места на место, разменивая или получая новую квартиру. Как быть в этом случае? Может ли и должен ли архитектор, проектирующий современный жилой дом, решать задачи не только композиционного, функционального и экономического плана, но и различного рода социальные проблемы? В каких квартирах хотели бы жить молодожены, семьи с детьми, дедушки и бабушки, выросшие внуки? Как справиться с безликостью наших новых жилых районов, строящихся в условиях прогрессирующей индустриализации и типизации домостроительного производства? Куда расти городу: вверх или вширь? Все эти и много других вопросов стоят в настоящее время перед архитекторами, занимающимися архитектурой жилища и его размещением в больших городах.

«Что ни город — то норов»,— говорили раньше на Руси, подчеркивая самобытность архитектуры русских городов. А что говорят по этому поводу наши современники? «Города похожи, как близнецы-братья», «фанерная архитектура», «дома-коробки», «дома-аквариумы» и т. д. Доля иронии в каждой подобной фразе, ставшей достаточно расхожей в журналистской практике, несколько сглаживает остроту проблемы. А вот мысль, высказанная Ю. Бондаревым на VII съезде писателей: «Типовые дома, типовые города рождают типового человека»,— уже заставляет серьезно задуматься.

Архитектура как искусственная среда, в которой человек пребывает каждодневно, в большей степени, чем любой другой вид искусства, воздействует на него самого, на его психику, на его духовную культуру.

Сейчас, заглядывая в прошлое старых русских городов, восхищаясь архитектурными памятниками, мы меньше всего задумываемся над тем, что многие из них тоже строились по определенному образцу и, если так можно выразиться для тех времен, носили отпечаток типизации. Однако вряд ли можно упрекнуть в безликости старую застройку русского города и, тем более, памятники архитектуры. И дело тут, наверное, в том, что в каждое из таких сооружений вложили душу Мастер и Художник, что каждое из этих зданий носило черты индивидуальности, предназначалось вполне конкретному кругу людей. Беда современной архитектуры заключается, видимо, в том, что, выполняя задачу колоссальной трудности — задачу массовости строительства, мы потеряли конкретного потребителя, личность того, кто будет пользоваться именно этой квартирой, именно этим детским садиком, именно этой школой...

Небывалые масштабы массового жилищного строительства, поставленного на индустриальную основу (иначе тех темпов, которые задает жизнь, не достигнуть), и запоздалая реакция на возникающие при этом проблемы со стороны науки и архитектурной практики — главные, по-видимому, причины безадресности многочисленных «Черемушек». Никогда еще проблема своеобразия городов не стояла так остро, как в наши дни.

Сейчас уже никто не отвергает сам принцип индустриализации, выхолащивающий художественные начала    из архитектуры и градостроительства. Новые районы Минска, Москвы, Днепропетровска и других городов свидетельствуют, что при содружестве архитектора и строителя, при их общей заинтересованности в результатах совместной работы можно многого достигнуть. Есть определенные успехи и у новосибирских архитекторов и строителей. Но пока качественного изменения во всем облике города от этого не произошло. Более того, новые районы, такие, как Юго-Западный, Плехановский или по ул. Демьяна Бедного, не менее однообразны и удручающе невыразительны, чем Волочаевский, Гусинобродский... Всякие попытки архитекторов отойти от типовых решений, расширить палитру выразительных средств встречали и встречают пока противодействие. И не только со стороны строителей.

В 1978 году в мастерской генерального плана института Новосибгражданпроект был разработан проект детальной планировки жилого района «Прибрежный» (37). Тяжело шел процесс согласования и утверждения, сопровождавшийся многолетними спорами о возможности и невозможности строительства на этой площадке. Несмотря на то, что проекты размещения жилищного строительства на десятую, одиннадцатую и двенадцатую пятилетки предусматривали реконструкцию района, из пятилетки в пятилетку эту работу город не вел: объективные причины дополнялись массой субъективных опасений и домыслов. Лишь в 1984 году институт получил заказ на разработку проекта застройки первой очереди, который был закончен в конце 1985 года.

Жилой район «Прибрежный». Каким он видится в проектах? Светлым, нарядным, открытым яркому солнцу и свежему ветру с реки. Близость реки, огромных открытых пространств акватории и поймы накладывают решающий отпечаток на планировку и застройку этого района. Река — это фактор, создающий экологический комфорт, повышающий эстетические качества среды. Но, с другой стороны, большие открытые пространства в зимний период могут приносить и много неприятностей: холодный ветер, большие снегозаносы... В этом заключается сложность задачи, стоявшей перед архитекторами и проектировщиками: вводя в структуру и композицию застройки района элементы ландшафта (водная гладь реки, зеленые насаждения набережной), нужно было одновременно защитить пространства жилых дворов, детские площадки, территории школ от холодных зимних ветров, исключить сильные снегозаносы тех территорий, которые активно функционируют в зимний период.

Защиту от ветра и снега в значительной степени выполняют зеленые насаждения набережной. Но главным ветроломом являются жилые дома, поставленные на бровке верхней террасы и создающие на пути ветра почти непрерывную стену. Вместе с тем, застройка достаточно живописна: ленты домов органично вписываются в рельеф территории, имеют активные перепады по высоте (этажность колеблется от 10 до 16 этажей), пластичны в плане. Достаточно плотный фронт застройки набережной чередуется с активными глубинными раскрытиями, где на повышенных участках территории размещаются наиболее высокие элементы застройки. Крупный масштаб, богатый силуэт, активная совместная работа архитектуры и природной среды — таковы чисто внешние композиционные аспекты застройки этого района.

Как же будет чувствовать себя человек в этой, пока еще изображенной только на чертежах и выклеенной в макетах городской среде? Ведь архитектор, решая большие градостроительные задачи формирования структуры и композиции района как частицы большого городского организма, часто ставит себя на место будущего жителя данного района, старается максимально приблизить себя к его проблемам, объективно возникающим перед будущим потребителем труда проектировщика, пытается разрешить эти проблемы, развивая и углубляя проектные проработки. Архитектор, прогнозируя среду, формирует ее сообразно тому ее пониманию и ощущению, которое воспитано в нем жизнью. Именно такой подход к формированию новых ансамблей городской застройки, к созданию новых жилых районов лежит в основе проектной работы.

Важным элементом рассматриваемого жилого района станет, по мнению авторов проекта, идущая параллельно набережной жилая улица. Создаются как бы летняя и зимняя набережные. Зимой активно живет и действует защищенная от ветров жилая улица, летом — приоритет за набережной с ее зелеными аллеями, освещенными солнцем лужайками, видовыми площадками, сходами к воде... Здесь может быть развернута система мобильных летних павильонов для организации сезонной торговли, для кафе-мороженых, читальных павильонов, игровых автоматов и т. д. Жизнь набережной в летнее время может быть активизирована созданием пляжа. Здесь есть для этого благоприятные возможности. Архитекторы предлагают намыть для пляжа рядом с берегом песчаный остров, связав его с набережной пешеходными мостиками.

Учитывая удобное с точки зрения природных условий положение района, архитекторы наметили и решили систему планировочных выходов из глубины застройки к берегу реки. Один из таких выходов планируется в створе ул. 1905 года с переходом по существующему переходному мосту через железнодорожные пути. Затем по ул. Саратовской можно выйти к набережной. Следующий выход решается с площади им. Н. Г. Гарина-Михайловского также по существующему пешеходному мосту над железнодорожными путями и платформами в район ул. Владимировской, а затем через микрорайон к реке. Третий выход можно обеспечить, используя старый тоннель с непосредственным выходом к центру жилого района, который территориально размещается на участке от тоннеля до коммунального моста и от ул. фабричной до Оби.

Дальнейшие этапы застройки района предполагают вынос старых промышленных предприятий, расположенных севернее ул. Саратовской: маслозавода, спиртзавода и др. В южном направлении также намечается жилищное строительство. Его объемы будут зависеть от высвободившихся территорий в связи с переносом (по генплану) речного грузового порта за пределы города вниз по течению Оби.

Параллельно со строительством жилого района «Прибрежный» будет застраиваться другой жилой район на правом берегу Оби — «Береговой», так пока именуется он в документах и проектных материалах. Аналогичная градостроительная ситуация (район расположен вдоль ул. Большевистской), но условия застройки разные. Первоочередная застройка в этом жилом районе требует значительных работ по гидронамыву заболоченных и затопляемых интенсивными паводками территорий, зато практически отсутствует снос жилья.

Работа над проектом детальной планировки жилого района «Береговой» завершена. Определено функциональное зонирование территории, намечены новые улицы и проезды, создан вариант застройки района, решены принципиальные вопросы инженерного оборудования, определены затраты на первоочередное строительство. Специалисты института ведут рабочее проектирование первой очереди строительства, где свыше 30 тыс, новосибирцев получат благоустроенные квартиры.

В самых общих чертах и этот район можно видеть сегодня в мастерских института. Архитектурно-технический совет одобрил поиск и решения, предлагаемые авторским коллективом проектировщиков (38). Так же, как и жилой район «Прибрежный», этот район играет важную роль в формировании панорамы застройки правого берега со стороны реки. Здесь тоже будут строиться дома новой серии, так же застройка будет вестись блок-секциями в 9, 12 и 16 этажей. Аналогичность градостроительной ситуации и природных условий определили принципиально равнозначный подход к общему решению застройки районов «Прибрежный» и «Береговой». И тем не менее это разные по своим архитектурно-художественным характеристикам районы города. По крайней мере, к этому стремятся проектировщики на всех этапах проектирования.

Жилой район «Береговой» удобен для расселения трудящихся промышленных предприятий Октябрьского района и в первую очередь тех, которые размещены вдоль ул. Большевистской и в соответствии с генеральным планом города сохраняются на своих территориях. В данном случае создается почти идеальная система параллельного размещения промышленных и селитебных территорий, когда жилой район, непосредственно примыкая к городской магистрали и промзоне, другим своим фронтом выходит к зоне отдыха. При таком расселении исключается необходимость в трудовых транспортных передвижениях: предприятия размещены в пределах пешеходной доступности.

В иной ситуации находится микрорайон по ул. Шевченко. Градоформирующая роль этой площадки несколько скромнее, но это не снижает требований к застройке, так как данный микрорайон непосредственно участвует в Формировании ядра городского центра, примыкая к зоне административно-деловых комплексов, протянувшихся вдоль ул. Кирова. Вместе с жилыми домами последующего строительства, расположенными вдоль ул. Толстого, он будет служить фоном для зданий и комплексов общественного назначения. Более ответственную градоформирующую роль играет северо-западный фронт застройки микрорайона, граничащий с будущим зеленым пространством долины  Каменки.  Ее  ландшафтные условия,  достаточно обширные, открытые пространства обусловили необходимость более сложного и индивидуального решения этого «фасада» микрорайона. Архитекторы предложили разместить па склоне долины разноэтажные, кирпичные жилые дома с объектами обслуживания. Это придаст индивидуальность застройке, качество, столь необходимое в данном случае. Застройка, размещенная в глубине микрорайона, решается в типовом исполнении на основе использования 10-этажных блок-секций серии 97  с необходимым добором фасадных элементов, применяемых только здесь. 20— 25 тыс. жителей нашего города получат здесь    квартиры.

Все эти три района строительства ближайших лет расположены в центральной зоне города. Реализация застройки «Прибрежного» жилого района и микрорайона по ул. Шевченко требует значительного сноса, в основном, ветхого малоэтажного жилья. И тем не менее обстоятельство это осложняет строительство, так как требует компенсации сносимого жилого фонда. Поэтому городу необходимы и свободные от застройки площадки для строительства. Такими полигонами массового жилищного строительства станут сложные в инженерно-геологическом отношении территории Ерестнинских болот (Западный жилой район) на левом берегу и Восточный (Молодежный) жилой район, расположенный зеркально по отношению к Волочаевскому району по южную сторону Гусинобродского шоссе. Получат прописку многоэтажные дома в северной части города и в южной...

Какими же домами будет застраиваться Новосибирск в ближайшие 10—15 лет? Как будет развиваться его домостроительная база в перспективе? В настоящее время жилищное строительство в нашем городе ведется по нескольким типовым проектам. Наряду с домами серий 85 и 86, 111-97 и 90, до сих пор применяются серии 1-467, 1-468Н и 1-464Д. Нужно отдать должное: в свое время они сыграли большую роль в выполнении программы обеспечения жителей города отдельными благоустроенными квартирами. Однако морально квартиры этих серии устаревают гораздо быстрее, чем внедряются в жизнь новые, усовершенствованные серии жилых домов.

В самом начале 70-х годов в Новосибирске, в Сибирском зональном научно-исследовательском институте типового и экспериментального проектирования жилых и общественных зданий (СибЗНИИЭП), была разработана серия жилых домов, вошедшая в каталоги под названием серии 111-97. За разработку и внедрение этой серии руководителям авторского коллектива института СибЗНИИЭП (39) была присуждена в 1975 году премия Совета Министров СССР. Дома этой серии разрабатывались с учетом климатических особенностей Сибири, демографической структуры населения и растущих потребностей семьи. Нужно отметить, что сразу же взяли на вооружение своей домостроительной промышленности эти дома красноярцы, кемеровчане и другие наши соседи, которые уже много лет строят их. Оснастка домостроительных комбинатов этих городов позволяет строить разнообразные дома различной этажности: для малосемейных, дома-комплексы (с обслуживанием), дома-общежития, дома с квартирами для больших семей, с поворотными блок-секциями, со вставками-трилистниками, с квартирами: в двух уровнях и т.д.

Принятая конструктивно-планировочная система серии, основанная на укрупненном модуле 150 см, позволяет на основе ограниченного количества изделий получать различные объемно-планировочные решения и на одних и тех же технологических линиях выпускать изделия домов от 5 до 16 этажей. Для жилья на данном этапе приняты два конструктивных шага: 3 м и 4,5. Планировочные решения, выполненные на их основе, удовлетворяют все» нормативным требованиям и обеспечивают большую гибкость. Квартиры удобны по планировке. Хорошие пропорции, близкие к квадрату, имеют и общие комнаты площадью до 22 м2, и просторные кухни, и подсобные помещения, о которых приходится только мечтать людям, живущим в домах устаревших серий.

Благодаря своим высоким архитектурно-планировочным и конструктивным качествам, серия 97 получила широкое распространение не только в городах Сибири, но и Урала, Северного Казахстана. В настоящее время она внедряется на 40 заводах. Дома этой серии живут, совершенствуются, дают почву для дальнейшей работы над типовым жилищем. В зависимости от возможностей местной строительной базы, с применением новых облицовочных материалов совершенствуется и внешний облик этих домов.

Но Новосибирску потребовалось почти полтора десятилетия, прежде чем эти дома начали строиться здесь. Однако качество первых домов было на столь низком уровне, что проектировщикам (заметьте: им, а не строителям!) становилось стыдно за тот брак, который выдавали строители. Видимо, много лет немым укором бракоделам будут служить некоторые дома Юго-Западного жилого района.

Серия 97 жилых домов родилась в Новосибирске, здесь ей предстоит довольно долгая жизнь. И сейчас все усилия архитекторов и строителей направляются на то, чтобы совершенствовать качество строящегося по этим проектам жилья, не допускать брака, выявлять те новые возможности, которые таит в себе эта серия.

В последние годы изменилась география типового проектирования. Сейчас эта работа стала сосредоточиваться в институтах системы Гражданпроект. Архитектурно-планировочная мастерская № 7 Новосибгражданпроекта наметила целую программу по совершенствованию и привязке серии 97 к местной строительной базе. Первым шагом в этом направлении была переработка рядовой 9-этажной блок-секции на 12- и 16-этажные. В кратчайшие сроки потребовалось восполнить пробел в домостроительном производстве, заключающийся в отсутствии полносборных жилых домов повышенной этажности. Как это ни странно, почти полуторамиллионный город в середине 80-х годов располагал только 9-этажными блок-секциями, в то время, как наши соседи красноярцы, кемеровчане уже давно освоили эту номенклатуру. Институт вынужден был пойти по самому кратчайшему пути, максимально облегчая задачу строителям: предложил строить 12- и 16-этажные жилые дома на основе максимального использования изделий 9-этажной рядовой блок-секции. В какой-то степени архитектура этих блок-секций, если их рассматривать как отдельно стоящие дома башенного типа, проигрывает по сравнению с 16-этажным домом, запроектированным в свое время СибЗНИИЭПом. Но по вине строителей обстановка с внедрением домов повышенной этажности настолько осложнилась, работа эта стала настолько актуальной, что город вынужден был идти на эти жертвы. Ведь без этого немыслимо стало освоение прибрежных площадок, невозможно комплексное строительство в его центральной зоне. Нужно сказать, что архитекторы сейчас думают и о 18-, 24-этажных домах. И такие отдельные градостроительные акценты нужды, хотя и в небольшом количестве, но это уже второй этап реализации.

Дело, конечно, не только в повышении этажности. Шло также в том, что нельзя застраивать город одинаковыми домами. Жилые дома нужны всякие: 16- и 12-этажные, 10- и 5-этажные, а где-то может появиться необходимость в строительстве 2-, 3-этажного жилого дома, если стоит задача вписаться в природный ландшафт или ценную в историческом или архитектурном плане среду.

При этом крайне необходимо подумать и о том, как в будущем лучше и правильнее размещать жилье для различных демографических групп. Стоит ли идти по пути создания обособленных молодежных жилых комплексов (МЖК), а пожилых людей расселять отдельно, или же правильнее будет сохранять ту разветвленную, взаимопронизывающую и взаимообогащающую сеть межсемейных контактов, которая существует сейчас, в одном комплексе? Так, например, на Восточном молодежном массиве по проекту специалистов Новосибгражданпроекта (40) сооружается первый в Новосибирске МЖК — комплекс жилых домов с обслуживанием, возводимый с участием самих будущих жителей. В то же время выполнен проект жилого дома для ветеранов (41). Первый такой дом будет построен на ул. Горького в жилом квартале между улицами Каменской и Семьи Шамшиных. Это специальный жилой дом с комплексным обслуживанием жильцов, с высоким уровнем комфорта.

А вот другой пример. В том же жилом квартале спроектирован 11-этажный жилой дом с квартирами в двух уровнях (10 и 11 этажей). Здесь проверяется возможность и целесообразность расселения по принципу сложных семей, т. е. в одной квартире размещены как бы две квартиры с обеспечением некоторой автономности их функционирования. В одной квартире живет семья родителей, в другой — молодая семья с детьми.

Все перечисленные выше примеры поиска перспективных типов жилья носят пока экспериментальный характер. Сейчас ясно одно — жилье должно быть более разнообразным не только по этажности и материалу стен, но и по своей социально-демографической структуре.

Принимая за основу путь индустриального домостроения, мы не можем не думать и о том, что из будущей за стройки города нельзя исключить кирпичные дома. Более того, это строительство должно расширяться. Наверное, лицо города обеднится, если в особо ответственных в градостроительном плане местах, в районах реконструкции старого центра мы будем строить панельные жилые дома, Дома, проектируемые для этих участков города по индивидуальным проектам, непременно нужно будет строить из кирпича.

Однако наш читатель вправе задать вопрос: «Неужели и в XXI веке наш город будет застраиваться все теми же типовыми домами, которые идут для массового строительства сейчас?» Конечно же нет! Пути индустриального домостроения еще только осваиваются, возможности стандартных элементов еще только начинают выявляться. Процесс этот сложный. От типового дома мы пришли к типовой блок-секции, у которой имеется больше возможностей для разнообразия застройки. От типовой блок-секции мы сейчас переходим к типовым полублок-секциям, или, как их называют, каталожным объемно-планировочным элементам (КОПЭ), на основе которых можно собирать более разнообразные композиции, учитывающие демографические, природные и градостроительные условия.

В течение двух прошедших десятилетий и в настоящее время, пережив первые успехи и неудачи крупнопанельного и крупноблочного домостроения, советские архитекторы со всей серьезностью поставили и пытаются решить вопрос о том, каким будет жилище в будущем. Над этими вопросами работает наука, центральные и региональные специализированные институты. Вопросы массового строительства в настоящее время, как никогда, стали предметом пристального внимания всей архитектурной общественности, государственных, партийных и советских органов.

Наметился возможный путь индивидуализации застройки городов. Насколько этот путь окажется правильным и достаточно ли будет этого — покажет время. Сейчас ясно одно, что приближение проектирования к местной строительной базе, а точнее сказать, совместная работа проектировщиков и строителей над проектированием жилища, поиск перспективных путей массового строительства должны дать положительные результаты.

Дальнейшая работа направлена на скорейший переход к строительству жилья по прогрессивным сериям. Ликвидация производства изделий устаревших серий  (1-467, 1-468Н, 1-464Д) развяжет руки строителям, даст дополнительные средства для совершенствования жилищного строительства в городе на основе использования больших возможностей серии 97. Со всей уверенностью можно сказать также, что разукрупнение типовых элементов лежит в основе дальнейшего совершенствования индустриального жилищного строительства.

По заданию городского партийного и советского руководства архитекторы Новосибгражданпроекта в конце 1987 года провели большую работу по поиску новых выразительных средств в массовом индустриальном домостроении. Работа эта вылилась в программу поэтапного совершенствования архитектурно-художественной выразительности районов массового строительства в городе (42).

Далеко не все бесспорно в этом поиске. Архитектура панельного дома пока еще не располагает художественно-осмысленными приемами, отображающими «тектоническую» работу панельных конструкций. Поэтому панельный дом в его традиционном выражении трудно причислить к архитектурным сооружениям. Однако введение в архитектуру панельного дома таких элементов, как эркер, частично остекленная лоджия, использование таких приемов, как укрупнение поэтажных членений, выявление основания дома и его венчающей части (завершение) и т. д.,— все это позволяет надеяться на возможности повышения архитектурно-художественной выразительности панельной застройки. Мы не говорим о таких средствах,  как цвет, фактура, пластическая обработка плоскости панели... Панельному дому нужен архитектор, архитектор-мастер, который к нему пока еще не нашел дорогу.

Развивая индустриальное домостроение, город решает проблему резкого наращивания объемов кирпичного В строительства, проектируются первые жилые дома из монолитного железобетона. Рассматриваются и решаются вопросы проектирования и строительства малоэтажных высокоплотных жилых групп или кварталов, расположенных на городских неудобицах или в сочетании с многоэтажной жилой застройкой. Поставлен вопрос о размещении за пределами городской черты индивидуальной застройки с придомовыми участками, гаражами. Эти районы с жильем повышенного комфорта будут строиться за счет привлечения средств индивидуальных застройщиков и средств крупных предприятий. Они должны быть обеспечены необходимыми инженерными коммуникациями, надежными транспортными связями с местами приложения труда, с городом.

Институт Новосибгражданнроект работает над проектом размещения комплексного жилищного строительства в Новосибирске на 1991—1995 годы, который должен стать важным этапом в реализации большой жилищной программы.

Когда мы говорим о массовом жилищном строительстве, то часто употребляем слово «комплексный». Комплексное жилищное строительство — что это такое? Имеются в виду не просто жилые дома, расставленные на предусмотренной для этого территории, а целый ряд зданий и сооружений, представленный, кроме жилых домов, детскими дошкольными учреждениями, школами, магазинами, приемными пунктами предприятий бытового обслуживания и т. д., объединенными в единый комплекс. Сюда, естественно, входят инженерное оборудование, благоустройство, озеленение, малые архитектурные формы и архитектурно-художественное оформление новых микрорайонов. Комплексность застройки — это не только бытовая устроенность ее будущих жильцов, но и уютный двор, как неотъемлемая часть квартиры, это привлекательный вид из окна квартиры на завершенный участок застройки, а не на пустырь, долгие годы ждущий своей очереди, это стройная и удобная среда для воспитания детей... Вот что такое комплексность застройки, отсутствие которой стало настоящей бедой жителей многих новостроек.

Как часто мы слышим сетования на то, что лучшие годы жизни уходят у человека на устройство своих бытовых дел, что быт в буквальном смысле слова «съедает» время, досуг, не дает проявиться многочисленным способностям и талантам. Однако что же делать? Ведь без налаженного быта не в радость будет и жизнь в семье, и эта неустроенность, передаваясь рабочей обстановке, заставит думать не о том, как бы лучше выполнить свое дело, а о том, что малыши опять в очередной раз из-за ремонта в детсаде подброшены на попечение соседки, что сын-школьник опять добирается до школы через потоки машин, что опять не успели, не купили, забыли, что опять на кухне прохудился кран... Можно перечислять житейские неурядицы до бесконечности, можно жаловаться на свою судьбу и, не закончив начатую работу, как только стрелки приблизятся ко времени окончания трудового дня, мчаться по магазинам... Можно, но... только, стоп!

За годы своей работы мы, градостроители, стали воспринимать как нечто обычное термин «ступенчатая система обслуживания».  В соответствии с этим понятием проектируется в настоящее время размещение объектов соцкультбыта в новых микрорайонах и жилых районах.

Что же эта за система? Она строится на основе разумного  приближения учреждений  повседневного  обслуживания к жилым домам. При этом вполне  допустимо  и даже необходимо размещать объекты повседневного посещения в 200—300 м от жилых домов, в местах пересечения пешеходных путей жителей микрорайонов с улицами, по которым идет общественный транспорт, где имеются остановки автобусов, троллейбусов, трамвая. К таким учреждениям относятся магазины «хлеб, молоко, товары повседневного спроса, кулинария», домовая кухня, почтовое отделение связи, сберкасса, жилищно-эксплуатационная контора, раздаточный пункт молочной кухни и т. д. В настоящее время прослеживаются два направления в размещении таких объектов. Одно из них — это создание так  называемых общественных центров    микрорайонов, где должны быть соединены все или почти все вышеперечисленные функции. Конечно, это один из самых перспективных путей размещения предприятий для обслуживания населения. При этом жилой дом хорошо изолирован от всяких обязательных для любого    учреждения посторонних раздражителей: производственных шумов, запахов, обслуживающего транспорта и т.   д.

Второй путь — это размещение объектов повседневного обслуживания во встроенных в первые этажи жилых домов или же пристроенных к ним помещениях. Долгое время так и делалось. Особенно оправдывало это себя в тех жилых домах, которые находились на шумных магистральных улицах, в местах большого скопления людей. Ведь, конечно же, жить на первом этаже дома, выходящего на оживленный перекресток или шумную улицу, постоянно чувствовать перед окнами присутствие множества людей тяжело. И в то же время дома с магазинами и столовыми на первом этаже просыпаются на рассвете от шума машин, грохота разгружаемых ящиков, от громких голосов грузчиков. Порою магазины или то предприятие, которое размещается в доме, не следят за чистотой окружающей территории. Решая вопрос размещения встроенных в первые этажи жилых домов учреждений там, где это необходимо по градостроительным требованиям, нужно, видимо, идти по пути ограничения номенклатуры размещаемых объектов, а также совершенствования технологических и архитектурно-планировочных решений.

Наряду с учреждениями повседневного посещения, система ступенчатого обслуживания предполагает размещение в центрах жилых районов объектов периодического пользования. К ним относятся универсамы, универмаги, кинотеатры, рестораны, столовые, поликлиники, узлы связи, клубы, библиотеки, спортзалы, бассейны, стадионы, районные дома пионеров и т. д. Сейчас расчет недостающих и размещение необходимых объектов районного обслуживания ведется в соответствии с действующими нормами. Они являются как бы ориентиром для проектировщиков и позволяют определять, насколько удовлетворительно или плохо обстоит дело с обслуживанием в том или ином жилом районе города. Эти нормы постоянно совершенствуются на основе социально-демографических исследований, путем анализа существующего отечественного и зарубежного опыта обслуживания населения.

В начале второго десятилетия XX века в Новониколаевске под руководством архитектора А. Д. Крячкова было спроектировано и построено 12 типовых школ. Кроме того, в то время здесь существовало две гимназии, три церковно-приходских школы, городское и реальное училища. На сегодняшний день в Новосибирске имеются свыше 200 школ, более 500 детских яслей, садов и комбинатов. Ежегодно в городе строятся две-три средних школы, 10—12 детских дошкольных учреждений. Почти 80% детей-дошкольников посещают детские сады и ясли. В городе целенаправленно проводится принцип размещения детских дошкольных и школьных учреждений внутри жилых микрорайонов, тем самым выполняется главное правило: приближение обслуживающих учреждений, выполняющих функции воспитания и образования, к жилищу,

Какими же будут детские дошкольные учреждения через несколько десятков лет? Сейчас, как известно, в крупных городах страны основное внимание уделяется строительству детских садов, рассчитанных на 140, 280, 320, а порою и 560 мест. Группы, в которые ходят дети, состоят из 25—30 человек. Социологи давно установили, что такие гипертрофированные размеры детских групп ничего хорошего не дают. Одна, пусть даже прекрасная, воспитательница и одна нянечка физически не могут уделять должное внимание каждому ребенку.

Все это вызывает не только раздумья, но и желание пересмотреть существующую систему организации дошкольного воспитания. В детский сад ребенок должен идти как в свой родной дом, а не затаскиваться силой с отупевшей от крика головой. Как это сделать — над этим стоит поломать головы не только архитекторам, но и социологам, и медикам, и педагогам, и ответственным руководителям. И прежде всего нужно подумать, о квалифицированных кадрах, о подборе людей, любящих детей, а не отбывающих трудовую повинность.

Все эти вопросы касаются и системы нашего школьного образования. Предпринятая в  1984 году реформа общеобразовательной и профессиональной школы не дает ответа на многие вопросы, хотя, в целом, наша школа должна постепенно перестраиваться на новую программу, больше внимания должно уделяться трудовому и духовному воспитанию детей, у каждого из учащихся должно быть  больше  возможностей проявить свои способности, стать крепче физически и богаче в нравственном отношении. Специалисты, от которых зависит судьба нашей школы, конечно же, сделают все возможное, чтобы в школьных зданиях были построены прекрасные спортзалы и бассейны, актовые залы и танцевальные классы, изостудии и музыкальные классы, специальные кабинеты и лаборатории, обеспечат каждую школу необходимой территорией, где можно будет разбить и    пришкольный участок ив футбол поиграть. Они же оснастят школу современным оборудованием и техникой, дадут учебники и откорректированную школьную программу, составленную в настоящее время (что греха таить!)  скорее для научных сотрудников, чем для школьников. Они же заглянут в душу ребенка и не выкинут из школьной программы как необязательный предмет ни общение с природой, ни встречу с ветераном войны или труда, ни посещение музея. И сделают это, мы уверены, люди, по-настоящему любящие свое дело, детей, болеющие за будущее страны.

И снова весь вопрос упирается в кадры, и снова вспоминается твоя маленькая старая школа, где не было ничего ультрасовременного, где не было пустых холодных спортивных залов и электронной аппаратуры, не было громких фраз о выдающихся спортсменах и вундеркиндах, но были свои чемпионы и отличники, были верные друзья-товарищи и те, с кем «спор» решался на кулаках, и были учителя, на встречу с которыми ты шел как на встречу с родителями. Были трудовые будни и веселые праздники. Была школа в самом торжественном ее значении. Такой она должна быть и для тех, кто учится сейчас, кто придет в нее спустя годы.

Индустриализация массового строительства требует и полносборности зданий школ и детских дошкольных учреждений. За редким исключением строительство большинства этих объектов ведется в каркасно-панельном исполнении. Проекты обновляются, но архитектура их, в принципе, остается. Нас не может устраивать унылый вид этих зданий, напоминающих производственные постройки. Впечатление усугубляется робким применением цвета, столь необходимого для архитектуры детских и школьных зданий. В настоящее время архитекторы работают над новыми проектами, стараясь уйти от стереотипа в таком важном и ответственном деле, как архитектура для детей.

Развивая мысль о влиянии школы на формирование человеческой личности, нельзя обойти вопрос о влиянии на подрастающего человека и такой формы воспитания, как занятия ребенка в свободное от школы время. И тут, несомненно, возрастает роль домов и дворцов пионеров, различных кружков и студий, спортивных секций и детских площадок. Архитекторы думают и над тем, как сделать, чтобы спортивный и актовый залы школы, ее столовая и мастерские служили не только для нужд школы, но и для микрорайона в целом. Предполагается все эти элементы школьного здания выделить в отдельный блок, позволяющий осуществлять их автономную эксплуатацию в вечернее время и в выходные дни населением микрорайона. В таком случае проектирование этих блоков целесообразно было бы вести по нормам не школьных зданий, а соответствующих спортивных, зрелищных или предприятий общественного питания, повысив тем самым их технологический уровень. Строительство и эксплуатацию этих блоков можно было бы вести за счет соответствующих предприятий-застройщиков, что, несомненно, повысило бы их техническую оснащенность. Все это направлено на совершенствование учебного процесса в общеобразовательной школе, улучшение качества культурно-бытового обслуживания населения по месту жительства, а в целом — на повышение эффективности капитальных вложений в строительство.

В Новосибирске имеется несколько районных домов пионеров. Постепенно все они получают постоянную прописку, им отдают благоустроенные здания, их обеспечивают необходимым оборудованием, готовят кадры педагогов и воспитателей. Сюда приходят люди, искренне преданные любимому делу и детям. Центром этой воспитательной работы, несомненно, является городской Дворец пионеров. Раньше он размещался в центре города, в Доме Ленина на Красном проспекте, соседствовал с ТЮЗом, Многие его питомцы стали впоследствии хорошими специалистами, но и тот, кто не избрал делом жизни профессию, которой учился в этом доме, все равно на всю жизнь сохранил теплоту той приподнятой творческой атмосферы, царившей здесь, и память о своих преподавателях. Лет 25 назад Дворец пионеров получил новое здание в Октябрьском районе, но, как выяснилось, оно было лишь  временным пристанищем: здание стало быстро разрушаться.  В течение многих лет в городе выбирали место для нового Дворца пионеров, проводили  всевозможные конкурсы на лучшую идею комплекса, даже в свое время разработали проект нового здания на высоком левом берегу Оби. Однако из года в год строительство этого здания переносилось. Откладывая строительство этого объекта, мы упускали нечто важное в воспитании наших ребят. Можно наслаждаться выступлениями юных чемпионов, можно умиленно восхищаться скрипичной игрой одного вундеркинда, но прежде всего нужно в каждом ребенке зажигать искру вдохновения, помогать раскрывать свои способности. И где, как не во дворцах и в домах пионеров, это делать! Наконец в 1986 году на основании постановления Совета Министров РСФСР новосибирский Дворец пионеров был включен в план строительства двенадцатой пятилетки. Это позволило приступить к конкретному проектированию пионерского комплекса, место для которого было определено еще проектом детальной планировки центра города на левом берегу Каменки у станции метро «Октябрьская». И вот теперь, совершая мысленную экскурсию по городу, спустя полтора-два десятилетия после того, как были написаны эти строки, порадуйтесь  вместе  с нами, читатели, светлому зданию  оригинальной архитектуры, стоящему в новом общегородском центре среди яркой зелени молодых деревьев, наполненному с утра до вечера звонкими детскими голосами, порадуйтесь тому, что среди будней, среди множества серьезных и трудных дел наша страна, наш трудовой город помнит и о подрастающем поколении.

Среди архитекторов бытует шутка: «Города нужно строить в деревне — там чистый воздух». По воспоминаниям старожилов, да и по архивным материалам Новосибирск строился среди лесов и озер. Лес в ту пору был для людей и крышей над головой, и огнем в печи, и кормильцем. В названиях некоторых улиц еще сохранилась память о тех временах. Рассказывают, что на месте улиц Енисейской, Бурлинской, Иркутской, которые сейчас практически тоже уже не существуют, стоял хороший сосновый бор, и дома здесь строили из тех же сосен, что окружали это место. Старожилы рассказывали, что там, где сейчас находится ЦУМ, было озеро с множеством дичи, а по берегам — видимо-невидимо земляники.

Все это осталось где-то далеко. Сейчас лишь по окраинам города напоминают о лесах Заельцовский и Инюшенский боры, чудом уцелевший кусочек соснового леса в центре города на высоком берегу Каменки и отдельные участки бывшего леса в других уголках. Как и во многих сибирских поселениях, возникших в конце прошлого, начале нынешнего века, лес быстро отступал под натиском человека. Об этом остается только сожалеть, потому что уничтожение зеленых массивов открыло дорогу стремительной эрозии почв, ухудшило микроклиматические характеристики освоенных территорий и т. д.

Крупный город своей активной антропотехногенной деятельностью вытесняет природу. Нужны специальные меры, чтобы примирить нередкий антагонизм урбанизации и природной среды. В этом есть большой смысл: природа помогает человеку, как представителю этой самой природы, бороться с вредными последствиями урбанизации. В данном случае мы имеем в виду не только экологические проблемы, но и проблемы эстетизации городской среды.

Желание приблизить зеленые массивы к жилищу, к местам повседневного обитания человека стало одним из основных градоформирующих требований в современном городе, непременным условием здоровой жизненной среды» И это естественно. Роль зеленых насаждений в жизни крупного города складывается из нескольких аспектов. Деревья, кустарники, цветники и простые газоны являются мощными фильтрами, поглощающими те вредные примеси, которыми изобилует воздух промышленных центров. Конечно, далеко не все древесные породы одинаково успешно выполняют эту задачу. Тополь, по данным ученых, является самым жизнестойким деревом и растет там, где другие породы погибают. Кроме того, он является наилучшим очистителем воздуха, и, недаром, в самых, казалось бы, невозможных условиях, в загазованных промышленных   районах   Новокузнецка,   Кемерова, Новосибирска стойкие тополя охраняют здоровье людей. Современный крупный город  (тем более крупнейший), с его промышленными предприятиями, энергетическими объектами и комплексами, с его возрастающей с каждым годом автомобилизацией без активного введения в структуру города элементов природной среды жить не может.

Как писал В. А. Сухомлинский, «красота природы воспитывает утонченность чувств, помогает ощущать красоту человека. Познание красоты природы способствует познанию красоты в самом себе, утверждает человеческие достоинства». Поэтому второй миссией, которую несут зеленые насаждения вместе с другими элементами природной среды в условиях города, является их активная работа по формированию эстетики городских пространств.

Есть своя красота в средневековом городе с его каменными лабиринтами узких улиц и полным отсутствием зелени. Но этот город мог жить в ограниченных размерах. Достаточно было выйти за стены города, и человек оказывался среди природы. Огромные территории современного крупного промышленного центра требуют, естественно, совершенно другого подхода к решению вопросов сочетания антропогенной и природной среды. Во всех схемах генерального плана Новосибирска, в действовавшем до 1983 года генеральном плане, наконец, в генеральном  плане, разработанном московским Гипрогором, большое значение придавалось зеленому диаметру, расположенному вдоль основной природной оси, какой является  Обь. Этот зеленый ход, занимающий  прибрежные территории, дополнялся целым рядом зеленых артерий, протянувшихся по  долинам речек Каменки, Первой и Второй Ельцовки, Плющихи, Ини, Тулы. Эти зеленые массивы, расположенные в преображенных поймах рек, должны обогащаться целой системой парков, скверов, садов, бульваров, находящихся непосредственно в городской застройке. Наконец, завершающей ступенью озеленения города становятся зеленые насаждения внутри микрорайонов, групп домов, кварталов, на участках школ и детских садов.

Иными словами — зеленые насаждения в крупном городе представляют собой развитую систему, пронизывающую городскую ткань. Система озеленения, приуроченная, как об этом было сказано выше, к речным долинам, овражным территориям, так же, как, например, система улично-дорожной сети, формирует архитектурно-планировочную структуру города. Природа является полноправным компонентом городских пространств. Мы уже рассматривали интересный опыт проектировщиков и строителей Новосибирского академгородка, сумевших сохранить природную среду, которая не разобщила, а напротив, связала композиционно достаточно рыхлую и мало организованную архитектурную среду. Естественная растительность стала решающим композиционным средством в руках архитектора.

Сколько же нужно зелени в городе, чтобы человеку легко дышалось, чтобы быстрее очищался от пыли и дыма воздух, чтобы люди чаще улыбались? Ученые считают, что для больших городов с учетом лесных массивов, которые входят в городскую черту, с учетом зеленых насаждений во дворах и на улицах эта цифра должна составить в перспективе около 20—22м2 на одного человека. Сейчас же в Новосибирске на одного жителя приходится примерно 8,8 м2 зелени общего пользования. Однако эта цифра постоянно растет. Ежегодно проводится огромная работа по реконструкции существующих и строительству новых скверов, парков, бульваров. Специалисты Гипрогора подсчитали, что к 2005 году площадь зеленых насаждений общего пользования вместе со спорт-устройствами составит в Новосибирске примерно 3800 га. Вместе с лесными массивами и фруктовыми садами эти зеленые насаждения займут около 30% городских земель.

В ближайшие годы новосибирцы получат несколько новых крупных зеленых массивов. Так, например, по проекту благоустройства в долине Каменки закладывается парк. Разработан и реализуется проект благоустройства набережной на участке между Октябрьским мостом и комплексом речного вокзала (43),набережная и сквер появятся у нового Димитровского моста через Обь, скверы и газоны зазеленеют на реконструируемой площади им. Н, Г. Гарина-Михайловского, на вновь создаваемой площади Карла Маркса.

Долгие годы внимание горожан приковывает обширная левобережная пойма, трактуемая генеральным планом города и проектом детальной планировки центра как городская зона отдыха. Эта зона на протяжении уже многих лет достаточно активно, особенно в летнее время, используется горожанами для отдыха. Однако отдых этот практически не был организован. Слишком мало здесь объектов обслуживания и объектов массового притяжения, хотя природная среда, дополненная искусственными водоемами и лесопосадками, достаточно богатая. Да и то обстоятельство, что зона эта находится в центре города, на удобных транспортных связях, заставляет специалистов задуматься над тем, как ее, уже в значительной степени подготовленную для организации отдыха, активнее включить в общую систему городских рекреаций.

Мы уже рассказывали о том, что проектировщики института Новосибгражданпроект разработали проект выставочного комплекса с ярмаркой, парком, детским игровым комплексом на территориях, окаймляющих искусственный водоем и расположенных смежно с городским пляжем (44).

По другую сторону дамбы Октябрьского коммунального моста, там, где в перспективе намечено строительство крупного общегородского спортивного комплекса со спортивной ареной и другими зданиями и сооружениями спортивного назначения, сейчас дружно подрастают молодые деревца будущего спортивного парка. И эта зона уже сейчас может активнее использоваться для отдыха и спорта. Предполагается выполнить элементарное благоустройство парковой территории, построить плоскостные спортивные сооружения (площадки, корты и т. п.), и эта территория оживет.

И еще одна задумка родилась у архитекторов. Ту самую детскую железную дорогу, о которой уже не раз писалось и для размещения которой намечались различные варианты, предлагается построить здесь в левобережной парковой зоне, связав большим кольцевым маршрутом длиной 6,4 км функциональные комплексы садово-паркового ансамбля. От маленького железнодорожного вокзальчика у остановочной платформы «Левая Обь» детский поезд, огибая комплекс выставки, пройдет вдоль раскинувшегося слева пляжа и, юркнув в береговой пролет моста, покатит по берегу Оби вдоль спортивного центра, огибая его с южной стороны. Сделав постепенно поворот на 180°, поезд последует уже с западной стороны спортивного центра к своему исходному пункту, пройдя коротким, но вполне настоящим тоннелем сквозь дамбу коммунального моста. Интересный, разнообразный маршрут следования поезда дополняется мостиком через протоку, лесными и открытыми участками, есть даже своеобразные горы — выходы скал у старого гранитного карьера. Замечательные возможности для сочетания приятного с полезным в отдыхе детворы!

Одним из наиболее любимых мест отдыха больших и маленьких новосибирцев должен также стать новый зоопарк. Проблема его строительства стоит перед городом давно. Зоопарк необходим. Это ясно каждому, кто хотя бы раз побывал на территории существующего учреждения, обладающего, несмотря на тяжелые условия, богатой коллекцией представителей фауны различных природно-географических зон земного шара. Есть и уникальные коллекции. Здесь работает хороший коллектив во главе с энтузиастом своего дела Р. А. Шило. Но зоопарка нет, потому что нельзя назвать этим многообещающим словом тот клочок территории рядом с автобазой, с одной стороны, и жилыми домами, с другой, в центральной части города. Всего 0,54 га занимает это учреждение в настоящее время. Необходимость строительства зоопарка продиктована стремлением сохранить редкие и вымирающие виды животных, особенно сибирских и дальневосточных, а также шире пропагандировать идеи охраны природы и развивать естественно-научные знания населения.

Восемнадцать лет назад институт Новосибгражданпроект разработал проект зоопарка в долине Каменки в районе пересечения улиц Фрунзе и Ипподромской. Эксперты-зоологи пришли к выводу, что местоположение будущего зоопарка выбрано неудачно: на низких отметках долины будут скапливаться токсичные газы, что отрицательно скажется на его обитателях. Тогда по новому заданию коллектив института выполнил проект зоопарка в Заельцовском бору в районе улиц Жуковского и Тимирязева на площади в 51 га. Технический проект разработан авторским коллективом мастерской генплана института Новосибгражданпроект в 1977 году (45).

Прекрасные ландшафтные условия отведенной территории послужили для авторов проекта благодатной основой для поиска интересного, своеобразного решения комплекса. Естественный лесной массив, в котором расположен новосибирский зоопарк, является частью Заельцовского бора. Здесь растут сосна, осина, береза, тополь. Рельеф участка спокойный с понижением к долине Второй Ельцовки, причем перепад отметок в этом месте достигает 40—45 м. Размещение зоопарка на значительном удалении от промышленных предприятий, благоприятная роза ветров (подветренная сторона от жилого массива) отвечают санитарно-гигиеническим требованиям к подобного рода учреждениям. Довольно хорошо решается транспортная связь зоопарка с центром города и другими городскими районами. В зоопарке предусмотрена организация юннатской работы, будут созданы условия для хорошего отдыха посетителей. Во всяком случае в проектных решениях эти условия продуманы во всех деталях.

Большие работы предстоят в ближайшие годы по реконструкции городских парков. Как-то мало внимания мы стали обращать на эту когда-то весьма популярную форму отдыха горожан. Кусочек зелени среди   городской застройки в любое время суток — зеленый остров среди бушующего океана. Какое чувство успокоения, освобождения от мелочной повседневной суеты испытываешь, попадая после напряженного дня в маленький сквер или же проходя по аллее, где  распускаются первые листья (если это весна), или лежат сугробы и хохлатые задорные свиристели пируют на ветках яблонь (если это зима). Только самый  черствый человек не отогреется душой, не вскинет голову, любуясь красотой, которую дарует нам природа. Вот что делает даже один маленький уголок рукотворной зелени, приютившийся среди потока  машин и шума большого города.

Как много — иметь свой дом или свою отдельную квартиру в большом городе, и в то же время как этого мало! Группа жилых домов должна быть обеспечена детским садом, микрорайон — школой. Поблизости должны быть различные магазины и приемные пункты службы быта, детская молочная кухня, кафе, чуть подальше — кинотеатр, универмаг, ресторан. Все это необходимо человеку, все это диктуется соответствующими нормами и правилами, как нормируется количество зелени, спортивных площадок, гаражей и автостоянок, как нормируются предельные расстояния от вашей квартиры до ближайшей остановки общественного транспорта. Минимальный физический комфорт проживания в городе можно обеспечить, выполняя в процессе проектирования и строительства эти нормативы. Однако никакими нормами не предусмотрена необходимость обеспечения эстетического комфорта. Все это находится в прямой зависимости от квалификации архитектора, его вкуса и таланта, от его способности доказать и отстоять свои решения, несмотря на уйму всяких трудностей и ограничений.

Новосибирск: город к 2000 году. М.Р. Колпакова, Г.Н. Туманик 

Добавить комментарий

CAPTCHA
Подтвердите, что вы не спамер