ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Кто-то из журналистов назвал архитекторов современниками будущего. Проектируя будущее городов и поселков, архитектор первым «вселяется» и «живет» в проектируемом им доме, первым «проходит» по несуществующим еще улицам проектируемого района или нового города, первым «гуляет» по аллеям рожденного в его воображении и прорисованного на чертеже или рисунке парка... Проектируя, архитектор ставит себя на место будущего потребителя своего труда, будущего жителя нового города, становясь как бы его современником. В этом суть метода работы зодчего, привилегия его профессии, но и огромная мера ответственности специалиста-архитектора перед обществом.

В такой небольшой книге мы попытались кратко рассказать о ближайшем и более отдаленном развитии Новосибирска, назвав попутно лишь некоторые имена архитекторов и инженеров-проектировщиков, работавших ранее и работающих сейчас над завтрашним днем Новосибирска.

Говоря о развитии нашего города, мы не могли не затронуть некоторых проблем этого развития, а также не рассказать немного о профессии архитектора, о сложности, многообразии и ответственности его работы. Когда в кругу беседующих речь заходит о новых жилых районах или о современных общественных зданиях, чего только не услышит в свой адрес архитектор, порою даже отдаленно не имеющий никакого отношения к обсуждаемым постройкам. Что ж, может отчасти и правы собеседники: не чувствуется руки настоящего мастера в застройке многих районов Новосибирска. Поток и массовость порою стирают с лица новых жилых и общественных зданий индивидуальность и сводят роль архитектора к роли «привязчика» типового дома-коробки к тому или иному месту. Слово «привязка» уже не одно десятилетие прочно держится в профессиональном лексиконе. А если учесть, что строители в процессе реализации проекта зачастую вносят изменения в проектные решения по своему разумению и вкусу, ссылаясь на отсутствие необходимых материалов и средств, то вот и результат: очередная серая громадина с грязными пятнистыми боками, многочисленными сколами и выбоинами на панелях вписывается в строй себе подобных. Что это? Неумение архитекторов или неквалифицированность строителей? Или же истоки всего этого лежат где-то глубже?

Вехи истории русской архитектуры прочертили славный путь российских зодчих, порой трагический, порой блистательный. Сколько имен хранит история: Баженов и Казаков, Растрелли и Росси, Аргунов и Воронихин…  Можно перечислять их имена долго, можно заполнить не одну страницу названиями тех зданий и сооружений, парков и монументов, творцами которых они являются. Сколько имен кануло в вечность, сколько труда было присвоено людьми низкими, сколько наград получали те, кто примазывался к делам людей великих. Судьба многих архитекторов была трагична, но посмотрите: в любом деле архитектору доверяли, он отвечал за строительство головой, и, если того заслуживал, история хранила о нем память. Что же случилось с этой древней профессией теперь? Почему на строящихся зданиях есть название объекта, есть чуть ли не поименный список бригад, ведущих строительство, нет лишь одного: по чьему проекту оно строится, кто возглавляет дело по проектированию и строительству, кто архитектор? Дело, как вы понимаете, не в рекламе. Обезличивание привело к тому, что была снята ответственность с кого бы то ни было.

Доколе архитектор будет отстранен от дела своей жизни? Не напоминает ли сегодняшнее его положение роль художника, лишенного кисти и карандаша, певца, потерявшего голос, или музыканта без инструмента? И не от того ль беды нашей архитектуры, что в ней сегодня разбирается каждый и порою даже лучше, чем в собственной профессии? И здесь нельзя не согласиться с автором нашумевшей публикации, новосибирским архитектором В. Пивкиным, выступившим в 1986 году в «Литературной газете» со статьей «Меня мучает совесть».

Мы долго гордились массовостью нашей архитектуры, успехами нашего отечественного градостроительства, развивающегося планомерно, не стесненного частнособственническими рамками. Но не эта ли массовость и абстрагирование позволили нам забыть, что строим мы для конкретных людей, а не для кого-то абстрактного, что как бы ни были широки просторы Сибири, а территории-то истинно пригодной не так уж и много, и если мы не пересмотрим позиции, на которой стоят многие преобразователи земли: «После нас хоть потоп», то ведь поздно будет что-либо хранить.

В течение многих десятков лет повышение уровня благосостояния населения оставалось и остается главным во внутренней политике нашей страны. Это правильно: без крыши над головой, без еды и одежды вряд ли человек будет предаваться творческим мыслям — все его силы уйдут на материальные заботы. Вот уже много лет мы живем без войны, почти каждый имеет жилье, пусть не всегда полностью благоустроенное, нельзя не порадоваться здоровому, красивому виду людей всех возрастов. Жизнь большинства течет размеренно и в относительном достатке. Но этот достаток для многих оборачивается бедой, так как в силу неразвитости духовных потребностей некоторые люди начинают тратить свою жизнь попусту, гнаться за очередным званием или должностью, за сверхмодными одеждами и сверхновыми гарнитурами, удивлять друг друга «дефицитами» и красивыми переплетами нечитаных томов. Да мало ли на что тратятся жизнь и доход! В конце концов каждый волен распоряжаться этим по своему усмотрению.

Но не теряем ли мы главного, без чего жизнь наша станет обывательски серой и по-мещански пустой? И не закладываем ли мы в наших детях с малых лет столько информации и желания иметь, что для желания отдать что-либо или желания узнать что-либо новое просто не останется места?

Вы спросите, какое отношение все это имеет к архитектуре? Самое непосредственное. Как ни вспомнить здесь слова писателя о том, что типовая архитектура рождает типового человека. Бездуховность среды не может не воспитывать бездуховность человеческих душ. Конечно, нельзя гиперболизировать роль архитектуры в воспитании человека, но преступно и недооценивать ее. А именно это произошло в нашей архитектуре и градостроительстве в последние три десятилетия. Резко упал престиж профессии зодчего. Снизился профессиональный уровень «среднего» архитектора. И удивляться здесь нечему: этому способствовало то положение, которое архитектор занимал (и занимает сейчас) в проектно-строительном комплексе, этому способствовала организация его труда, материальная и моральная компенсация его творческих усилий. Вот простой пример: на всю страну — один Герой Социалистического Труда архитектор. Эту награду зодчий получил за вклад в развитие индустриального домостроения.

Повышение роли архитектора в жизни общества не возможно без повышения его профессионального мастерства, его значимости как личности. В этой связи на совершенно новый качественный уровень должна быть поднята подготовка будущих архитекторов. Эту мысль высказывают и педагоги-архитекторы, которые не могут не видеть бесплодность воспитания архитектора-творца, архитектора-руководителя в условиях почти полной оторванности процесса профессионального воспитания от реальной проектно-строительной практики, в условиях, когда архитектор-практик, мастер своего дела, пока еще редкий гость в студенческих аудиториях.

Своеобразным барометром падения творческого тонуса в профессиональной архитектурной среде стало резкое снижение подготовленности абитуриентов, поступающих ежегодно на архитектурный факультет НИСИ им. В. В. Куйбышева. Если двадцать лет назад конкурс составлял 10 и даже больше человек на одно место, то сейчас он сократился до 1,1 — 1,5 человека.

В этой ситуации весьма обнадеживающей мерой может стать система довузовской подготовки учащихся школ Сибири и Дальнего Востока. Важным представляется и организация в Новосибирске экспериментального учебного, научного и проектного центра, создаваемого на базе нового архитектурного вуза и ряда проектных и научно-исследовательских организации. При этом процесс обучения студентов должен быть максимально приближен к проектной и научной практике. Творчество архитектора-мастера, его опыт и знания, интуиция и теоретическая подготовленность должны стать первейшими условиями плодотворной подготовки будущих зодчих.

Известна фраза футурологов: «Главная забота настоящего — это будущее». Действительно, чтобы сделать шаг в «завтра», нужно правильно предвидеть, каковы будут последствия этого шага с позиции «послезавтра».

Мы далеки от того, чтобы гарантировать бесспорность всего, о чем написано здесь. Для нас ясно и бесспорно одно: архитектура и градостроительство требуют к себе более пристального внимания, так как слишком велики бывают потери от неудач в этом важном и ответственном деле. Мы уверены, что новосибирские зодчие, вписавшие так много ярких страниц в архитектурную летопись города, сделают еще немало добрых дел для того, чтобы Новосибирск стал более удобным и красивым городом. Право же, он этого заслуживает! 

Новосибирск: город к 2000 году. М.Р. Колпакова, Г.Н. Туманик 

Добавить комментарий

CAPTCHA
Подтвердите, что вы не спамер